Сведения о лицах,
связанных с Рерихами,
и о рериховских учреждениях
Главная страница

 

Поиск
по нашему сайту
(с Google):

 

Асеев Александр Михайлович

Асеев Александр Михайлович

Асеев Александр Михайлович (1902/3-ок. 1993) - врач, издатель и один из авторов альманаха "Оккультизм и Йога". Адресат множества писем Е.И. и Н.К. Рерихов.

В начале 1931 г. прочитал книгу "Агни-Йога", был потрясен и написал в издательство письмо со множеством вопросов. Письмо переслали Рерихам, и 28.8.1931 Е.И. дала ответ. Ей сразу понравилась искренность А.М., и в начавшейся переписке Е.И. осветила некоторые разделы Учения, особенно медицинские. Из всех адресатов А.М. был ближе всех к науке. "Кроме Клизовского это единственный корреспондент, который ставит определенные вопросы и дает возможность многое дать" (П/П-19.7.34). Ценнейший архив, собранный А.М., образует целый отдел в Нью-Йоркском музее Рериха. А.М.Асеев (во втором ряду справа) с сотрудниками журнала "Оккультизм и Йога", 1937 г.

Далее переписку поддержал и Н.К., а в феврале 1934 г. он послал А.М. перстень ученика - знак доверия. В 1933 г. (вступительная статья - от 22 марта) А.М. начал издавать в Белграде (Югославия) сборники "Оккультизм и Йога", в которых с первого номера появились статьи Н.К. где он показал себя особой гранью - знаниями о парапсихологических феноменах. Альманах предоставил трибуну широким кругам оккультистов-эзотериков русского зарубежья. Это могло бы вызвать вреднейшие публикации, если бы не Рерихи, направившие процесс в здоровое русло. Будучи медиком, А.М. слишком почтительно отозвался о хатха-йоге, что вызвало протест Е.И. А.М., впрочем, тут же поместил реплику из ее письма в сборнике. Так что проснувшееся было недоверие Е.И. значительно уменьшилось, и она, по Указанию Владыки, стала курировать альманах, высказываясь под своим именем и псевдонимом "Т.П. Сундри" на разные актуальные темы. Такого опыта диалога с широкой общественностью она больше не имела вплоть до издания ее "Писем" в 1939 г. А после - тем более.

В 1937 г., из-за удорожания тарифов, печатание альманаха А.М. перенес в Болгарию, выпустил там 8-10 номера, на чем издание летом 1938 г. прервалось. Каждый из выпусков приносил лишь убытки, которые А.М. покрывал из своих средств (от работы сельским врачом). А.М. сам выполнял, кроме редакторской и писательской работы, ведение корреспонденции и финансовую отчетность.

Война прервала переписку с Рерихами вплоть до 1948 г. А.М. стал получать от Е.И. сведения о психической энергии, центрах и т.п., что поощряло к исследовательской работе (как практикующего доктора) и написанию книги о психической энергии (не было реализовано). Однако А.М. опубликовал много писем Е.И. в возобновленном им с 1952 г. в Парагвае (г. Асунсион) альманахе (см. "Оккультизм и Йога. Летопись сотрудничества". М.: Сфера, 1996). В Южную Америку он перебрался в начале 1951 г. и возобновил переписку с Е.И. лишь через три года. Выпустил NN 11-66 "Оккультизма и Йоги" (до 1977 г.), после чего сначала передал издание Русскому Эзотерическому Обществу в Нью-Йорке, а после Валентине Сергеевне Нагель (Австралия). Однако в первом случае получился новый альманах "Аум", а во втором возник "Феникс". N 67 напечатало Славянское общество Йоги (1978), а N 68 (конец 1982), похоже, - Нагель. Предлагал издание около 1982 г. и израильтянину Аврааму Шифрину. Последние годы прожил в Чили. Умер, по одной из версий, в 89 лет.

Характеристика его со стороны Е.И. сначала резко менялась. Если в 1934 г., вследствие его неосторожных высказываний и не совсем деликатных действий, она ему не доверяла и других активно остерегала, то вскоре стала смягчать позицию: "А. еще не опытен и в своем рвении и при некоторой доле самоутверждения слишком яро берется рекламировать книги и т.д., но в людях еще не разбирается" (П/Ам-23.1.35); "...самонадеян и очень разбрасывается" (П/П-21.2.35); "Благодаря маленькому журнальчику А-а масса новых людей стучится... А. молодец, помогает собирать растерянных путников. Делает большое дело. Смелость ему щит, и пока что он ничего не пишет о претерпеваемых им гонениях со стороны узких изуверов. Может быть, просто не придает им значения и делает свое светлое дело" (П/П-16.5.35); "Странно, А. ничего не боится, и никто его не трогает" (П/П-27.6.35); "...очень радует меня... вырабатывается в прекрасного сотрудника... На него я уже могу положиться" (П/Ам(4)-11.2.36); "...в Белграде я доверяю лишь А-у..." (П/П-8.6.36б).

А далее последовало: "А.М. А. нас тоже огорчает. Он только что избег страшной опасности попасть в сети одной опасной авантюристки, пока что поплатился лишь финансово... а теперь, несмотря на наши неоднократные предостережения, он запутывается в тенетах... Житейский опыт А.М. из-за его молодости еще ничтожен, и потому он далек от распознавания масок. Он считает своим долгом открыть сердце и протянуть руку помощи каждому волку в овечьей шкуре. Не понимает он, что таким образом можно допустить и величайшее предательство. Соизмеримость еще отсутствует... Кроме того, по-видимому, ему льстит, что... пишут ему, конечно, своекорыстно, что он может явиться объединителем всех оккультных обществ... и он не может понять, что нельзя объединять овец с тиграми и волками. По неопытности он полагает, что Великие Учителя именно настаивают на таком объединении, совершенно упуская из виду, что указуется именно объединение сознаний, прежде всего требующее одну общую основу более или менее высокой нравственности и единство Иерархического Начала, но не хаотического смешения самых разнородных элементов. Мы можем и должны терпимо, а где возможно, и доброжелательно, относиться ко всем существующим так называемым оккультным группировкам, но нам незачем непременно садиться с ними за один стол. Зачем устраивать искусственные взрывы, комбинируя несочетающиеся элементы? Мудрость водительства и должна заключаться именно в умении ограждать доверившихся ему от неподходящего элемента, проявляя в то же время терпимость к прочим течениям и учениям, конечно, если только они не направлены на разрушение. Но А.М. хочет, очевидно, всех собрать в одну кучу, но неужели бесформенная куча - цель даваемого Учения?" (П/Р-19.8.37).

"К сожалению, журнал принес ему связи с некоторыми нежелательными группировками. Несмотря на многократные предупреждения, он не сумел достойно отмежеваться от них... Многое подлежит очистке, но А. не любит предупреждений и неохотно выслушивает советы" (П/Р-8.2.38). "Он проходит через новое испытание. Контакт с темными очень отяжелил его ауру" (П/Р-29.10.38).

"Он очень хороший и отзывчивый человек, но слишком доверчив и не разбирается в людях. Склонен во всех видеть невинно пострадавших и искренно преданных Учению людей. Также слишком полон уважения ко всяким эзотерикам... большая часть которых заражена дешевым оккультизмом на основе черной магии и невежественным медиумизмом... человек он на редкость хороший, полный бессеребреник, великодушный и работяга. Он любит Учение, но мне сдается, что он не может еще вместить Величие и Размах Даваемого Нам и потому склонен иногда к шатанию... Допускает, что Великий Владыка может ошибаться... Так слабость мышления некоторых сотрудников порождает сомнение" (П/Ам-19.4.55).

Ему было свойственно типичное для интеллектуалов предпочтение ума вере: он действовал в значительной мере так, как понял умом, но интеллект не может вместить всю глубину Учения Майтрейи. Главная его заслуга - в привлечении широкого внимания к Учению. Указанные ошибки он исправлял, при этом не теряя своеобразия. Такой тип отмечен в Агни-Йоге: "Из буйной заросли берусь сделать рощу, но камень, полированный униженными лбами, не родит зерна" (Об-15). "...побеги пестрые ждут садовников... Пусть кусты буйно растут, легче раздвинуть, нежели насадить. Ничего не бойтесь, цветы Наши разнообразны, но голосом Владык приведете в порядок" (Оз-3.2.2).